До революции в деревне Субхангулово, а по-народному Урман-реветь, было больше 120 домов. При Хрущеве деревню признали неперспективной – до трассы далеко, электричество тянуть дорого, дорогу нормальную еще дороже. Поэтому всем жителям рекомендовали куда-нибудь переехать. Большинство так и поступило: люди собрали вещи, разобрали дома и уехали в поисках лучшей жизни, а Кинзягул Салимгареев остался. «Я охотник, охотнику здесь лучше. Мне людей неохота, мне к зверям поближе надо было. Меня уговаривали, уговаривали, но я сказал: «Делайте, что хотите, а я останусь жить дома», - рассказывал он.