Концентрат должен быть безупречным!

Подолгу и увлеченно рассказывает им об идеальной пене для медного концентрата, о флотомашинах, о богатой и бедной руде, о том, как из пульпы - смеси измельченной руды и воды - извлечь максимум полезных компонентов, не потеряв ни грамма ценного металла. - В юношах и девушках с горящими глазами, впитывающих знания с интересом, я узнаю себя, - говорит Альбина Фаритовна и вспоминает, как после восьмого класса, вопреки маминым уговорам, поступила в Сибайский горно-обогатительный техникум.

Ее мама, Фарзана Умутовна Яналина, была учителем начальных классов в школе №7. Но Альбина видела обратную сторону этой благородной профессии: ночные проверки тетрадей, переживания из-за неуспевающих, бесконечные родительские собрания. Потому и выбрала другую дорогу. А вот сестренка, Зульфия Фаритовна Рахматулина, все же пошла по маминым стопам - сегодня она преподает в лицее №9.

- Я больше похожа на папу, - улыбается Альбина. - Фарит Ямалетдинович Яналин долгие годы работал водителем в АТК БМСК, в этом году ему исполняется 85. Он немногословный, но конкретный. Мама же была певуньей, обожала башкирские народные песни. А еще помню, как после уроков она читала нам вслух. С тех пор люблю книги. Недавно увлеклась романами о Екатерине Великой - мне нравятся истории людей, которые добиваются успеха вопреки сложностям, а не просто рождаются с золотой ложкой.

Учеба в техникуме давалась Альбине легко:

- Мне нравился химанализ: в лаборатории учились делать титрование. Увлекала и геология - запоминали, как выглядят разные руды и компоненты. Но больше всего я благодарна преподавателю дисциплины «Обогащение полезных ископаемых» Тамаре Савельевне Кирилловой. Она была строгой, заставляла несколько раз переписывать дипломную работу, но именно от нее я почерпнула основные знания в сфере обогащения руды. А еще мы, девчонки, восхищались ее элегантностью, умением красиво одеваться.

После техникума, в 1988 году, по распределению Альбина уехала в далекий Алмалык (Узбекистан). Одногруппница, прошедшая там практику, нахваливала: теплый климат, персики, дыни.

- И правда, попала в другой мир, - вспоминает Альбина Фаритовна. - Воздух очень сухой, зимы как таковой нет - снег выпадает и тут же тает. Жили в общежитии для молодых специалистов. Коллектив собрался колоритный: казахи, корейцы, турки, узбеки, таджики - многонациональная дружная смена.

Там же познакомилась со своим будущим мужем - красивым высоким парнем Шамилем Беляевым. Мама у него татарка, папа - русский. Он работал на той же фабрике машинистом насосных установок. Модно одевался: кожанка, голубые джинсы, длинный шарф.

В 1993-м они поженились, но уже через год грянули сложные времена - фабрика остановила производство, специалисты начали разъезжаться. С большим сожалением семья Беляевых покинула Узбекистан и вернулась в Сибай.

Муж устроился на вахту, а для Альбины работы по специальности в городе не нашлось. Пришлось торговать на рынке и работать кондуктором в АТП. Тяжелый, но полезный опыт, как она говорит, научил ее общению с разными людьми.

В тот момент судьба преподнесла ей настоящий подарок - встречу с подругой Расимой Ивановой, с которой они вместе работали в Алмалыке, а теперь Расима трудилась на новой обогатительной фабрике «Башкирской меди» и позвала Альбину к себе. Так в 2011 году наша героиня вернулась в родную стихию.

- Когда я вошла в цех и услышала запах реагентов и пульпы, сразу почувствовала себя как дома, - признается она. - Тем более что здесь современное оборудование, компьютеризация.

На обогатительной фабрике «Башкирской меди» работа не стихает ни на минуту. Альбина Фаритовна курирует процесс комплексно, контролируя медную, цинковую и медно-пиритную флотации. Спрос с нее особый: концентрат должен быть безупречным.

- Объясните простым языком, что такое флотация?

- Это способ разделения полезных ископаемых и пустой породы с помощью воздуха и химии. Руду измельчают, смешивают с водой, добавляют реагенты. Специальные химические добавкисобиратели прикрепляются к частицам меди и цинка и делают их «непромокаемыми» - они начинают липнуть к воздуху, а пустая порода оседает на дно. Пузырьки воздуха поднимают ценные минералы наверх, образуя слой пены. Это и есть концентрат. Его сгущают, сушат и отправляют на медеплавильные заводы. А то, что остается на дне - «хвосты», - уходит в хвостохранилище.

Сегодня на фабрике перерабатывают медно-цинковую руду с Юбилейного месторождения. Технологическая цепочка сложна: есть основной цикл, где выделяют медь, и обратный, где доводят до кондиции цинк. Огромное подспорье - автоматическая система контроля «Курьер», на мониторе которой в реальном времени видны все параметры: содержание металлов, плотность пульпы, качество.

- Но и опыт продолжает играть решающую роль, - подчеркивает Альбина Беляева. - Настоящий флотатор должен уметь читать пену глазами. Идеальная пена для медного концентрата - насыщенного бронзового цвета, с крупными пузырьками и высоким слоем. Если пена чернеет - значит, вмешался пирит, нужно срочно добавлять известковое молочко, чтобы подавить вредные примеси.

С годами замечаешь все нюансы: цвет, текстуру, даже звук работающих насосов. Чем богаче руда, тем легче работать, но и с бедной рудой нельзя терять концентрат.

Процесс флотации непрерывен. Передавая смену, обязательно рассказываем друг другу обо всех деталях: где была забивка (засорение пульпопровода или камеры), как шел реагент.

После вахты Альбина Беляева общается с внуками, их у нее трое. Старшая дочь Лия живет в Уфе, младшая Руслана - в Сибае.

Жизнь испытывала ее на прочность: два года назад муж погиб в ходе специальной военной операции, тяжелой утратой стала и смерть мамы. Но семья и поддержка коллег помогли справиться.

Несмотря на солидный трудовой стаж, высший пятый разряд, недавнюю награду Министерства промышленности республики, Альбина Фаритовна все так же увлеченно рассказывает о своих буднях:

- Мы должны отработать смену с хорошими показателями, чтобы «хвосты» были минимальными, а качество высоким. Когда получаешь заданный результат, сохраняя в пене каждую крупицу меди и цинка, - это воодушевляет. Закрываешь смену с чувством выполненного долга.

Фото Эдуарда Мустафина