Психолог Михаил Зобнин: «Не вижу никаких преград»

Михаилу Сергеевичу 32 года, десять из которых он ничего не видит. При этом его жизнь насыщенна: он - студент Сибайского института, массажист, практикующий психолог, спортсмен, организатор благотворительных концертов, певец и блогер. «Я хожу в темноте, но не вижу перед собой никаких преград», - говорит Михаил.

- В чем особенность ваших консультаций?

- Мое восприятие мира лишено визуальных помех. Это позволяет видеть суть человека на ином уровне. Мое преимущество - обостренный слух. Я погружаюсь в голос, улавливая малейшие интонации. В одном выдохе можно «прочитать» скрытую боль. Я не сужу по внешности, статусу или мимолетной мимике. Моя личная история - мой главный инструмент. Я прошел через боль, потерю зрения, утраты, созависимость. Нашел силы изменить свою жизнь - и теперь помогаю другим.

- Какие методы работы используете?

- Мне нравятся разные инструменты: от провокативных техник, работающих с эмоциями, до более тонких, вроде образной терапии или расстановок, где важную роль играет интуитивное восприятие «поля» и общих с клиентом образов.

Психолог - это не волшебник с палочкой, не экстрасенс. В основе - партнерство. Мы вместе исследуем то, что происходит в вашей жизни, чтобы найти ключи к изменениям. Вся моя практика строится на профессиональной этике, непрерывном обучении и личном опыте преодоления. Для меня важно не формальное сочувствие, а подлинное присутствие.

- С какими запросами обращаются?

- Спектр широк: токсичные отношения - абьюз, созависимость, измены, манипуляции. Много запросов, связанных с последствиями травм, болью утраты близких, выгоранием. Каждая история уникальна: «Меня не слышит мама», «Не могу найти общий язык с коллегами», «Мы с мужем стали чужими и не понимаем друг друга» и так далее.

- Дайте короткий совет: как сгладить острую ссору?

- Первое - пауза, чтобы остыть. Второе - искреннее извинение, начав с признания своей ответственности: «Мне жаль, что я...» Третье - дать партнеру выговориться, слушая, чтобы понять, а не чтобы ответить. И наконец, обсудить не то, кто виноват, а как предотвратить подобное в будущем.

- Кто вы сейчас больше - массажист или психолог?

- Сегодня я определяю себя как психолога-мотиватора. Массаж был и остается важной частью моей практики, навык, который всегда в арсенале. Но главный вектор сместился. Я получаю фундаментальное образование в Сибае и поступил в московский онлайн-институт практической психологии. И уже вижу, как расширяется мышление. Осознал простую вещь: меняться нужно не завтра, а здесь и сейчас.

- Какие важные события еще произошли?

- Переломным был курс «Путь Иисуса» в Магнитогорске, с хождением по гвоздям. Я испытал и физическую боль, и эмоциональную, разревелся на всю аудиторию, хотя раньше не мог плакать даже при жене. За болью последовал процесс глубокой самореализации.

Также прошел тренинг личностного роста. Признаюсь, раньше скептически относился к таким курсам: «Чему они меня научат, я и так умный» (смеется). Но тренер Елена Ширыкалова из Екатеринбурга говорила о боли, которую проживает каждый из нас, и ее слова попали прямо в сердце.

- Что дали эти курсы лично вам?

- Я пришел с нарциссической потребностью доказать свое превосходство. Но научился направлять эту внутреннюю силу в конструктивное русло. Мы с женой прошли курс вместе и достигли совершенно нового уровня отно шений, с глубочайшим доверием.

Наконец реализовал три давние мечты, научился грамотно управлять финансами. А главное - внутри что-то перевернулось. Я перестал держать зло на родителей, смог позвонить отцу, с которым давно не общался. Словно слетела внутренняя маска, которая годами диктовала, как надо жить.

Появились новые, значимые люди. Например, теперь уже подруга нашей семьи - юрист Евгения Копейкина. С ней мы чувствуем настоящее родство и бескорыстно поддерживаем друг друга.

А еще я подарил сертификат на курс своему брату Андрею на день рождения. С тех пор в нем появилось больше осознанности, он повзрослел - с ним интересно разговаривать.

- Был ли на курсах какой-то необычный, переломный опыт?

- На продвинутом уровне было задание, которое помогло разорвать привычные шаблоны. Нужно было переодеться в городского сумасшедшего и выйти на площадь. Я нацепил зимние штаны наизнанку, детскую шапку, взял удочку, стульчик - и устроился «рыбачить» под новогодней елкой. Этот перформанс стал уроком: в обычной жизни люди в основном равнодушны друг к другу, каждый поглощен своими мыслями и проблемами.

- А как бы вы поступили, увидев такого странного человека?

- Обязательно подошел бы и спросил, все ли в порядке, не нужна ли помощь. Мне всегда интересно, что с людьми происходит. Как-то летом мы с другом увидели сидящего на асфальте дедушку, который что-то бурчал себе под нос. На наши расспросы ответил: «Что-то не по себе...» Мы посадили его в машину и отвезли в приемный покой.

Или другой случай: в магазине женщина стояла с протянутой рукой. Жена сразу: «Давай деньги дадим». А я говорю: «Подожди, давай спросим, что нужно». Предложили ей выбрать продукты. Она очень скромно взяла только хлеб и крупу. Тогда я попросил Аню: «Бери корзинку и набирай нужное сама».

- Вы часто с теплотой говорите о жене. В чем секрет ваших отношений?

- Счастье - быть рядом с любящей женщиной, где нет места перетягиванию одеяла. Забудьте про вторые половинки! Вы - уже целая вселенная. Как я и моя жена Анна. Мне гармонично и одному, и с ней. Ссоры бывают, но мы превратили их в повод для диалога. Это и есть наша общая работа - ежедневно строить пространство, где обоим хорошо.

- В прошлом интервью вы говорили, что если бы зрение вернулось, хотели бы увидеть младшего сына. А что в отцовстве для вас самое ценное сейчас?

- Глебу сейчас шесть. Самое важное - не навредить его психике, взрастить в нем личность. Я стремлюсь к таким отношениям, где он будет не бояться, а уважать, где сможет открыто подойти, поговорить о чем угодно и быть уверенным, что его услышат.

- В вашем доме много питомцев: собака, кошки, черепаха, попугаи...

- Да. Собаку Герду мы подобрали на улице - жена у нас прирожденный спасатель. А вот попугаи - это исполнение нашей общей с Аней детской мечты. Купили их совершенно спонтанно, зайдя в зоомагазин. Их утреннее пение - особый вид релакса. Прислушиваешься к их воркованию и понимаешь: даже у таких маленьких созданий есть свой внутренний мир и чувства.

- Вы поете, ведете концерты. Что вам дает сцена?

- Это редкая возможность соприкоснуться с людьми на уровне энергии, расширить круг живого общения. Недавно я впервые вел рок-концерт под открытым небом в парке культуры и отдыха. Это была настоящая буря эмоций! Справиться с волнением помогла импровизация - я просто расслабился и был собой. С ностальгией вспоминаю теперь рок-концерты на площади, где когда-то пел Олег Андрианов.

- Вы еще и спортсмен с золотым знаком ГТО. Как удается совмещать физические нагрузки с диабетом?

- Спорт дает ощущение силы и мужественности. При диабете можно все, но нужен правильный подход: считать калории, дозировать нагрузку, мониторить сахар. Я занимаюсь тяжелой атлетикой с тренером. От активной жизни отказываться нельзя. -

 - Как выстроен ваш день?

- Подъем в шесть утра. Сразу - замер сахара и прогулка с собакой. Потом 20 минут гимнастики на улице, иногда бег по лестнице. Потом - пробуждение мозга: лекции, планирование. Весь день четко расписан: тренировка, прием клиентов, учеба, работа с контентом. В перерывах слушаю аудиокниги. Вечер - для семьи и творчества. Перед сном - молитва и медитация.

- Вы активно участвуете в жизни общества слепых. Что нового в его деятельности?

- Недавно мы ездили в Уфу на фестиваль инклюзивной атлетики - это был потрясающий опыт. Мы пробовали голбол, бочча, шоудаун - дисциплины, где ведущую роль играют слух и осязание. Эмоции переполняли, было полное чувство принадлежности и вовлеченности. Теперь мечтаю, чтобы такой инклюзивный клуб, где можно заниматься спортом и общаться, появился и в нашем Сибае.

Деятельность общества поддерживает администрация, предприниматели, это ценно. Мы имеем возможность бесплатно посещать бассейн, библиотеку, театр.

- С какими трудностями в городе вы сталкиваетесь?

- Главная сложность - неадаптированная городская среда. Не на всех переходах есть звуковые светофоры. Иногда тростью не поймешь, где тротуар кончается и начинается проезжая часть. В Уфе, Стерлитамаке светофоры «разговаривают», а у нас - нет. Но, слава богу, люди отзывчивые - предлагают помощь. Хотелось бы, чтобы и лифты в поликлинике, в домах озвучивали этажи.

- Как вы обычно отмечаете праздники? Загадываете ли желания?

- Вера в загаданное - мощный инструмент, но только если мечты реалистичны. Хотеть полететь на Плутон - это фантазия, а вот превратить желание в цель - уже стратегия. Я сторонник четкого планирования: прописать мечту на бумаге, представить ее в деталях, разбить на шаги и сроки. Ждать, что праздник сам принесет перемены, - бессмысленно. Только действие делает мечту реальностью.

А на праздничном столе у нас всегда салаты, горячее, бутерброды. Спиртного нет, я много лет не пью. Обожаю готовить наваристую солянку с разным мясом, копчеными сосисками, томатом и солеными огурцами. Обязательный штрих - лимон в тарелке. И никакой картошки или крупы!

- Вы много читаете. Какая книга произвела сильное впечатление?

- Книга «Психолог в концлагере: Скажи жизни «Да!» Виктора Франкла разорвала сердце. Я слушал ее в аудиоформате во время сеанса массажа и не смог сдержать слез. Это история о том, как в кромешном аду человек способен отыскать в себе силы не сломаться; о несокрушимости духа, который даже в абсолютной тьме может различить луч света.

- Что в работе психолога вы цените больше всего?

- Моя задача - не давать советы, а создавать пространство, где человек может сам разобраться в своих мыслях и найти свой путь. Я занимаюсь тем, что люблю. Для меня важно дать другому почувствовать: «Вы не одни, вас слышат». Ко мне приходят с целой вселенной внутри, и мы вместе ищем, как ее починить.

Моя душа действительно тянется к тому, чтобы приносить пользу и помогать людям слышать себя и других. Хочу по крупицам менять мир к лучшему.

Фото Инны Олех.