Хранительница башкирского фольклора

За этой наградой - больше тридцати лет в профессии, где нашлось место и работе со студентами в горно-обогатительном техникуме, и бережному отношению к народным традициям, к двум культурам - русской и башкирской.

С 2003 года, с момента открытия Центра народной культуры и досуга, Гульсия Мухаметовна работала заместителем директора по художественной части, стояла у истоков создания ансамбля русской песни «Мироколица», а пять лет назад возглавила коллектив с богатейшей историей - башкирский «Янгузяй».

В 2015 году Гульсия Мухаметовна ушла на пенсию - почувствовала выгорание, творческую усталость. Но в 2021-м директор ЦНКиД Гулия Надыргулова предложила ей вернуться и возглавить «Янгузяй».

- Честно, скажу, боялась. Но в душе теплилась мысль: смогу. Даже появились идеи, темы. Первый год было тяжело, но я не сдалась. Постепенно собирала новый состав, мы ездили на конкурсы, изучали и показывали старинные обряды.

- Любовь к народной культуре для вас - не просто работа. Истоки ее из детства?

- Да, вы правы. Я родилась в 1960 году в деревне Ишкулово Абзелиловского района. В семье было тринадцать человек. Отец с братьями пастушили, а по вечерам он брал в руки тальянку и пел народные песни. Мама за всеми ухаживала, обшивала, кормила, пекла хлеб. В доме часто собирались гости - для меня это был настоящий праздник. В бабушкином сундуке лежало сокровище – женский головной убор кашмау. Обычно мне его трогать не разрешали, но когда гости начинали петь частушки-такмаки, делали исключение: я надевала кашмау и плясала. И ждала этого момента с нетерпением.

В школе первая учительница Залифа-апай Бадретдиновна играла на мандолине и ставила нам танцы. Удивительно, но я до сих пор помню те движения. А в пятом классе уже сама стала вожатой у первоклашек - учила их танцам. Рядом со школой был клуб, мы там пропадали. Никаких магнитофонов - пели и плясали под гармошку.

В 1975-м я продолжила учебу в Сибайской школе-интернате. Мы узнали, что в Доме пионеров на улице Островского открылся кружок бальных танцев, вела его Зухра Гамулловна. Мы разучивали русский лирический, вару-вару, пасодобль, башкирские танцы. Но была проблема: не хватало партнеров.

Мы с подругой Разилей ходили по школе, уговаривали мальчишек с шестого по десятый класс. И своего добились! Желающих стало так много, что пришлось составлять график посещений кружка.

- А где вы получили профессиональное образование?

- Зухра Гамулловна, только что окончившая культпросветучилище, разглядела во мне творческие задатки и предложила поступать в Стерлитамак. В 1978 году я стала студенткой отделения режиссуры клубных мероприятий. Знания впитывала жадно. И сегодня с благодарностью вспоминаю преподавателей - Флюру Мутагаровну Хусаинову, Тамару Ахметзакировну Ганееву. Благодаря им я умею писать сценарии, собирать материалы, общаться с людьми. После училища трудилась в деревне Давлетово, где Дом культуры возглавляла Зубайда Гильмановна Асылгужина - удивительно работоспособная, настойчивая женщина. Потом вышла замуж, переехала в Сибай, родились двое сыновей. Но вскоре муж трагически погиб.

Оставшись одна с детьми, устроилась воспитателем в общежитие горно-обогатительного техникума. Здесь же дали комнату. Тяга к творчеству была сильна. Председатель профкома Любовь Александровна Больших создавала все условия, чтобы я могла себя реализовать в художественной самодеятельности. Мы объездили республиканские конкурсы, занимали первые места.

- 2003 год стал для вас поворотным?

- Да. В Сибае как раз достраивали новое здание Центра народной культуры и досуга на улице Чайковского, 30. Непосредственное участие в этом принимали замглавы города Ильгиз Рахимьянович Хайруллин, председатель профсоюза работников культуры Сажида Факиловна Ганиева. Она и пригласила меня художественным руководителем. Мы сами белили, красили, выбирали линолеум и плафоны. А на открытие приехал сам президент республики Муртаза Рахимов.

Мы тогда возрождали конкурсы самодеятельности среди трудовых коллективов. Это было время больших концертов - по три-четыре часа на центральной площади, программы из пятидесяти-шестидесяти номеров. Я ходила по организациям, уговаривала, подбадривала. Пели и танцевали банкиры, связисты, энергетики, сотрудники полиции. Для всего города это был праздник. Помню, как директор центра соцподдержки Азамат Юлдашбаев организовал большой хор из своих сотрудников, как Анатолий Филиппов, Валентина Шарошкина, Флера Гатина проводили фестиваль бардовской песни. Начальником отдела культуры тогда была Гульназ Вакиловна Акназарова.

- Как появился ансамбль «Мироколица»?

- Когда фольклорный ансамбль русской песни «Сединушка» распался, нужно было создать что-то новое, найти то самое искреннее народное звучание. Однажды я услышала детский фольклорный ансамбль «Благовест» в музыкальной школе и начала уговаривать его руководителя Татьяну Борисовну Вершинину создать взрослый коллектив. Так родилась «Уралочка», которая позже стала «Мироколицей». С первой же песней - протяжной «Снежки» - мы поехали на конкурс в Белокатай, и я увидела, как члены жюри плачут. Тогда поняла: мы на верном пути.

- У «Янгузяя» большая история. Давайте назовем имена тех, кто его создавал.

- Действительно, в ансамбле пели женщины с огромным жизненным опытом и авторитетом. Первым руководителем была Мазуна Рахматулловна Ишбулатова. Она вела большую работу по восстановлению обычаев, знала множество частушек. При Бану Махмутовне Бакировой ансамбль получил звание «народный». С 2013 по 2021 год коллективом руководила Айсылу Ибрагимовна Абдрахманова - ей скоро 80, но она по-прежнему с нами, активная, деятельная.

Есть в ансамбле те, кто поет больше двадцати лет. Самой старшей, Халиде-апай Баймуратовой, 85 лет. Она наша гордость, плясунья - дроби бьет лучше молодых. И память феноменальная: во время выступлений тихонько подсказывает остальным слова.

Особую роль в судьбе коллектива сыграл аккомпаниатор Калимулла Халилович Ильясов. С первых лет он рядом с «Янгузяем». И конечно, наша изюминка: женщины сами сочиняют частушки-такмаки к каждому концерту.

- На работы каких фольклористов вы опираетесь?

- Основываемся на трудах Расимы Ураксиной, Альнисы Алдырхановой, Фарзаны Губайдуллиной, Ишмухамета Галяутдинова, Розалии Султангареевой. А самый главный наш наставник - сэсэн Асия Гайнуллина. Мы с ней и над сценариями сидим, и рукодельничаем. Она научила меня валять войлок - занятие трудоемкое, но увлекательное. Благодаря ей воссоздаются старинные обряды. Например, свадебный обряд «Наступление невесты на белый войлок» («Киленде аҡ кейеҙгә баҫтырыу»). В башкирской традиции белый войлок считался символом благополучия, успеха и высокого положения.

Один из обрядов помню с детства, от мамы. Когда мои мальчики родились, мама в первый же месяц одела их в «собачью рубашку» («эт күлдәк»). У нее не подшивали ни подол, ни рукава - только бока сшивали. Это древний обычай: так оберегали новорожденного от всего дурного, чтобы рос здоровым. До сорока дней у ребенка должно быть «пеленочное имя» («йүргәк исеме»), которое давалось ребенку при рождении, чтобы защитить его от злых духов. Затем мулла читал молитву (аҙан) и трижды произносил имя в каждое ухо ребенка.

На городском конкурсе к 80-летию Победы «Янгузяй» показал обряд имянаречения прямо на сцене. Пригласили участника СВО Замира Янтурина, поздравили с рождением сына, вручили ленточку с пожеланиями. Зал встретил этот момент стоя.

- Как ваш коллектив работает с юными сибайцами? Удается ли заинтересовать их традициями?

- Сейчас вместе с молодым директором, энергичной Ляйлей Аллабердиной, мы реализуем проект «Просветительский лекторий. ЭтноПатриот», который получил грант главы Республики Башкортостан. Моя задача - пропагандировать народные игры, возвращать их в жизнь детей. У нас замечательный коллектив: всегда подскажут, поддержат. Работать легко. И отдельное счастье - работать с молодыми. Для меня они как глоток свежего воздуха.

В рамках проекта ездим к учащимся школы №11 в село Туяляс. Вместе делаем башкирские национальные украшения, занимаемся бисероплетением, играем и танцуем. Наш Дом культуры шьет для ребят костюмы. Итогом станет большой детский сабантуй.

У меня сейчас одна цель - научить как можно больше детей нашим народным, мудрым играм. Смотреть больно, как ребята зависают в телефонах, меньше двигаются, меньше общаются. Я сама в 2023 году участвовала в республиканском конкурсе ведущих игровых программ ≪Выходи играть≫ и заняла третье место. Это было важно - понять, что игры не просто развлечение. В них - мудрость, ловкость, умение дружить.

- Ваш коллектив много времени уделяет волонтерству…

- Да, мы плетем маскировочные сети, собираем продукты и одежду. У многих участниц ансамбля сыновья, зятья, внуки на СВО. У кого-то погибли, кто-то вернулся раненым. У моего родного брата двое сыновей там. Как тут не помогать? Это внутренняя потребность.

- Что для вас главное в работе?

- Мы не считаемся со временем. Когда-то, после инфаркта в 2014-м, выйдя

из больницы, начала готовить конкурс самодеятельности среди поселков. Машины не было - на общественном транспорте ездила по микрорайонам, ходила по домам, собирала людей, обсуждала номера. После концертов люди были окрыленные, одухотворенные, как будто утолили жажду. Спрашивали: когда еще будем выступать?

- А как вы отдыхаете после репетиций, концертов?

- Мы с мужем Хабиром Хадыевичем Шамситдиновым любим долгие чаепития, смотрим «Поле чудес». Супруг очень начитанный, перечитал все книги в библиотеке. Услышит интересную пословицу, изречение - сразу подсказывает. Я тут же записываю и включаю в сценарии.

- Какие еще у вас увлечения?

- На юбилей подарили швейную машинку. Теперь шью лоскутные одеяла, делаю нагрудники, кашмау. Войлоком занимаюсь только летом - дома это неудобно. И каждый день - прогулки по 5-10 километров.

- Каков основной посыл деятельности коллектива «Янгузяй»?

- Сохранить и донести фольклорное наследие. Особенно за башкирский язык переживаю. Мы начали проводить в школах и детских садах фольклорные часы на тему «Люблю родной башкирский язык». Показываем отрывки обрядов, поем народные песни, загадываем загадки, разучиваем скороговорки и считалки - дети играют с огромным удовольствием. Мы сами создаем украшения, нагрудники, кашмау. Когда женщины надевают их на концерт - это гордость. Башкирский костюм как цветок, созданный Аллахом. И еще - общение. Мои женщины приходят не просто петь. Им надо посидеть, поговорить, чай попить, новостями обменяться. Я и сама уже не молодая, мне это тоже нужно. Наверное, в этом и есть моя задача - быть хранительницей не только песен, но и душевного человеческого тепла.